Пролог
Жизнь переворачивается вверх тормашками, когда узнаёшь, что твой настоящий отец — тёмный маг и наставник Ордена Паука, который контролирует жизнь людей и магов нашего мира.
Как хорошо было раньше — с мамой и папой, которого я считала родным. Он и до сих пор мне самый родной.
Жили мы просто, как и все обычные люди. Папа работал врачом, мама — учительницей в школе. Да, у меня были задатки к магии, но я это относила к усердию и способности в познании волшебства.
Именно моя тяга ко всему этому и подтолкнула поступить в Университет магического совершенствования. А там — новые друзья и любовь. Но любовь ли?
Как долго я сомневалась, считала, что мой муж, а по совместительству профессор по теории и истории магии Валериан Викторович Ледяной, меня просто загипнотизировал в своих коварных целях. Сколько у нас было трудностей! Особенно когда я узнала, что он тоже тёмный маг и состоит в Ордене Паука. Но сейчас у нас двое детей — Лионэль и Левана.
Одно огорчало: супруг так и не ушёл из Ордена, хотя говорил мне совсем обратное. Главный наставник, Кветан, никуда его не отпускает, хотя я лично его умоляла: думала, что к просьбе дочери прислушается. Какое там! Главный наставник, оказывается, готовит на своё место Валериана.
Нет. Я должна это исправить! Сколько раз я пыталась поговорить с биологическим отцом, но уходила от него, как побитая собачонка. Даже его любовь или прошедшая любовь — уж и не знаю — к моей маме не меняли сурового решения.
— Кветан хочет поднять тебя на свою высоту, — как-то заикнулась я мужу, — но ведь у него есть жена. Они вместе приходили на нашу свадьбу и в гости. Если уж они вместе...
— У него нет супруги — та женщина была просто для прикрытия. А у нас всё иначе, — улыбнулся Валериан и поцеловал меня в волосы.
Я лежала к нему спиной. Муж раздвинул мне ноги и ввёл своё огромное мужское достоинство. Я вскрикнула от неожиданности. Но затем мой стон смешался с его жаждущим дыханием, когда супруг начал наслаждаться движением внутри меня. Я погрузилась в вихрь собственных чувств, позволяя страсти овладеть мной полностью. В этот миг я забыла о мире вокруг, соприкасаясь с пространством лишь мыслями о Валериане.
Наши движения становились всё более ритмичными, всё ближе к предельной грани блаженства. Тело моего мужа было моим укрытием, а его страсть — отправной точкой к безудержному наслаждению. Мои крики наполнили воздух, предупреждая о том, что нам необходимо больше и глубже.
Валериан грубо схватил меня за волосы. Не в силах сдерживаться, я опустилась на его член ещё глубже. Вместе мы терялись в бесконечном океане удовольствия, где море проницательных слов не имело значения.
В конце наши тела соединились одним жгучим огнём, а сердца бились в ритме взаимной страсти. Моё дыхание успокоилось, а мысли вернулись к реальности, позволяя осознать, каким драгоценным был этот момент.
Многое в жизни может быть лишь для прикрытия, но наша страсть — это пламенная искра, вспыхнувшая между нами, была настоящей.
Но разговор с Главным наставником не нужно откладывать. Валериан должен уйти из Ордена Паука, иначе мы до конца не сможем быть единым целым.
Нужно выбрать время, когда супруг не дома и отправить детей к родителям. Они всегда рады внукам.
Так и поступила.
— Всё нормально, — заверил отец, — решай свои дела.
Вошла в ближайшую капсулу для перемещения. Но как попасть в Орден Паука? Сама я ни разу туда не перемещалась. Наверняка у них какой-то скрытый шифр. С членами Ордена я и без капсулы как-то переносилась. Но сейчас другой случай. Да и капсулы у них есть: я видела. Значит, её и нужно попробовать использовать. Но без магии мне не обойтись.
Закрыв глаза и сосредоточившись на кабинете Кветана, где я уже была, стала читать подходящие заклинания. Раз за разом повторяла подходящие слова, но ничего не происходило. Я уже почти отчаялась, как вдруг неожиданно мысленным взором увидела цифры: три, пять, семь.
Так просто? Ну ладно. Тогда — поехали!
Но что-то пошло не так. Как только я нажала три заветных цифры, в капсуле всё заискрилось. Раньше такого никогда со мной не случалось. Я очень боюсь непредвиденных ситуаций, а потому сразу впадаю в панику. Что это?
Немного подождала, пока искрение не прекратилось. Ура! Теперь можно и на волю.
Осторожно нажав на кнопку открытия дверей — вдруг, опять заискрится — вышла из злополучной капсулы.
Однозначно, я не была даже рядом с Орденом Паука. То, что испорченная капсула перенесла меня на поляну какого-то леса, было очевидным.
Еле слышный звук за спиной. Я обернулась: да, это закрывались двери моей капсулы, которая сразу же исчезла. Почему так произошло? И как мне теперь вернуться домой?
Побродив вокруг да около, ещё раз убедилась: я одна, капсулы нет и помогать мне, видимо, никто не собирается. Нужно выбираться само́й. Как вариант, попробовать заклинание поиска.
Но каково было моё удивление, когда ничего не произошло. Совсем ничего. Так, только без паники. Причём тут заклинание поиска? Это меня должны искать. Постаралась вспомнить более уместные в подобной ситуации заклинания, но и они не помогли. Может, потренироваться на самых лёгких, которые у меня получались всегда — ещё до поступления в университет?
И тут до меня дошло: я не чувствую магии в себе. Куда она делась? Опять происки Кветана?
— Если ты здесь, то покажись! — закричала я в испуге.
Но в ответ услышала лишь пение птиц да лёгкий шёпот листьев.
Где же я?
Пропавший меч и загадочная поляница
— Где это видано, чтобы из княжеских покоев крали оружие? Ведите ко мне всех! — Святослав Игоревич был вне себя от ярости.
Пропавший Ратибор был не просто оружием, а заговорённым мечом, который ни разу не подводил князя в бою.
— Кто заходил сюда в моё отсутствие? — голубые его глаза грозно сверкнули.
Святослав Игоревич был известен в своём княжестве как мудрый правитель и смелый воин. Но даже он не мог предположить, что его княжеские покои будут нарушены таким образом.
Собранная в тот же миг прислуга, имевшая доступ в покои князя, пыталась доказать свою непричастность. Все понимали: малейшее подозрение — им несдобровать. По сложившейся практике убьют, как собаку, а в лучшем случае отправят в поруб до выяснения обстоятельств.
И тут одна из прислужниц, Синеока, молвила:
— Когда я убиралась, заходила Ростислава, спрашивала тебя, мой князь. Я ответила, что тебя нет, и она удалилась. У меня и в мыслях не было ничего плохого, ведь она оружничий.
Неизвестно, спасла Синеока себя или нет, только после этих слов сидела она в порубе. И сколько ей предстояло провести здесь времени — неведомо.
А в это время Святослав уже искал главную поляницу, по совместительству оружничего, под руководством которой была дружина из дев — воительниц, а также оружие и доспехи.
— Найдите мне Ростиславу!
Что это? Измена? Длинный клок волос на бритой голове Святослава, казалось, зашевелился.
Легко понять: впереди был Хазарский поход, а тут — пропажа меча, верного Ратибора. Какой позор! Конечно, можно в срочном порядке сковать новый, да вот опробовать его будет некогда.
Ростиславы нигде не было. Сомнений не оставалось — именно она и взяла меч. Но зачем ей это?
— Найти срочно Яромилу! — князь не мог усидеть на месте.
«Солнцу милая» воительница явилась пред очи Святослава тотчас.
Невольно задумаешься: и зачем эта девушка решила вступить в дружину? Ей самое место рядом с мужем и детьми. Ан нет. Среднего роста, миловидная, серые, со стальным отливом глаза смотрели выразительным взглядом. Длинные густые волосы каштанового цвета были собраны под шлем.
Яромила была готова в любой момент исполнить приказ князя и охранять его до последней капли крови.
— Где Ростислава? — Святослав грозно посмотрел на Яромилу.
Что? Главная поляница исчезла и никому ничего не сказала? Но ведь Яромила замещает её, когда та отсутствует.
— Пропал мой меч, — холодным тоном произнёс князь, — Ростислава входила в мои покои, когда меня не было. К тому же, в её ве́дении отвечать за моё оружие.
«Не может быть! Её подруга не могла этого сделать. Ведь за кражу оружия во время войны — а именно туда князь собирался — полагается продажа в рабство».
— Я приказываю тебе найти преступницу и доставить её ко мне. С тобой поедет один из лучших моих богатырей. Думаю, ты слышала о Вениславе.
Венислав? Да уж кто о нём не слышал. Это самый последний богатырь с кем бы Ярослава хотела разделить трудный путь. Да и вообще: она бы сама прекрасно справилась без провожатых.
— Девушка с мечом и луком вызовет подозрение, поэтому пойдёшь безоружной, — объяснил князь.
Ах вот зачем понадобился богатырь!
Яромила немного успокоилась. Правда, оставлять своё оружие было непривычно. Без засапожного ножа она точно не пойдёт — это придавало хоть какую-то уверенность.
«Венислав… Других богатырей в Киеве, что ли, нет?»
Она сразу вспомнила этого огромного по сравнению с ней дружинника, крепкого телосложения, его большие приветливые глаза с весёлым взглядом, прямой нос, светло — русые волосы.
Многие девушки сохли по этому богатырю. А шрам на его лице придавал ему мужественности. По крайней мере, так говорили. Яромила же только недоумевала: разве внешность — это главное? Над ней он всегда насмехался, даже на бой вызывал:
— Вот одержу над тобой победу — станешь моей женой.
«Одержит он, как же. Даже думать об этом противно, — поляница поморщилась, — пусть женится на Доброгневе или Брониславе — те глаз от него не отводят».
— Итак, я жду тебя с результатом, — князь дал понять, что разговор закончен.
Яромила вздрогнула от строгого голоса Святослава. Она резко повернулась и побежала прочь, чтобы выполнить приказ.
Яромила вышла из княжеских хором и тут же столкнулась с Вениславом.
— Какие люди и без охраны, — произнёс богатырь, расплываясь в улыбке.
— Как я понимаю, ты и есть моя охрана, — буркнула поляница.
— Ну а как же без меня? — усмехнулся воин, — буду хранителем твоего тела.
Венислав оглядел Яромилу с ног до головы. От этого пожирающего взгляда девушке стало не по себе.
— Жди здесь. Я оставлю своё оружие и вернусь.
В помещении, где жили девы — воительницы, Яромила заприметила Ветрану.
— Не знаешь, где Ростислава? — поинтересовалась у неё поляница.
— Странно. Ты не первая, кто спрашивает о ней, — ответила куда-то собиравшаяся Ветрана, и посмотрела на Яромилу растерянным взглядом, — исчезла, что ли?
— Если бы знала, то не спрашивала, — отмахнулась от неё воительница.
Ветрана слегка обиделась, но, ничего не ответив, вышла из избы.
«И хорошо. А то вопросов не избежишь», — справедливо подумала поляница.
Как не хотелось молодой статной деве расставаться с мечом и луком, но этот приказ князя необходимо исполнить. Как и другой — про сопровождение её Вениславом.
«Надеюсь, расследование продлится недолго», — подумала Яромила.
Так как нужно не вызывать подозрений, пришлось переодеться в женский наряд.
Поляница достала из сундука длинную белую рубаху и голубой сарафан из ситца. На голову надела повязку. Другого головного убора у неё не было. Это только замужние женщины полностью скрывают волосы, а Яромила даже не думала об этой участи.
В новом образе девушка чувствовала себя неуютно, но куда деваться? Конечно, привычнее в мужской одежде скакать на коне или упражняться в стрельбе из лука.
Когда Венислав увидел поляницу такой, то не удержался от одобрительного кивка. И, как обычно, эта его самоуверенная ухмылочка. Девушка закатила глаза: «Издевается, что ли?»
— Куда идём? — спросил весельчак.
«Хороший вопрос», — подумала Яромила и закусила губу.
— Ты куда так вырядилась?
«О нет! Бронислава! И что ей наплести правдоподобного?»
— Не твоё дело, — в голову так ничего и не пришло, поэтому получилось грубо.
— Не хочешь — не говори, — обиделась Бронислава, если к верховному волхву, как и Ростислава, так бы и сказала. Обряд какой-нибудь затеяли?
— Что? — Яромила вытаращила на свою подругу глаза, — ты знаешь, где Ростислава?
— А что, это какая-то тайна? — удивилась Бронислава.
— Не думаю. Просто она мне очень нужна, а я её никак не могу найти, — соврала поляница.
— Ну, когда я видела её с утра, она куда-то спешила, — начала рассказывать Бронислава, — я её спросила: что случилось? На это Ростислава ответила, что ничего. Просто ей необходимо встретиться с верховным волхвом.
— Спасибо за информацию, — искренне поблагодарила девушку Яромила.
По крайней мере, теперь понятно, куда идти — к Радею.
Верховный волхв жил в дубовой роще. Идти было недалеко — всего полдня: сначала небольшой лес, потом починок, а уж за ним — жилище Радея. Именно в той дубовой роще была установлена статуя Перуна — главного бога. К Радею приходил Святослав перед боем, чтобы поклониться Перуну и тем самым обеспечить милость громовержца. В дубовой роще рос особый священный дуб, жёлуди которого мололи, а потом из них пекли священный хлеб. Этот хлеб придавал силу тем, кто съедал его.
Радей знал все обряды и заговоры, умел вычислять календарные сроки всех магических действий, знал целебные свойства трав, гадал о судьбе. Конечно, многое из этого знал и обычный сельский волхв, но положение верховного волхва придавало Радею некую значимость в глазах людей.
Радей считал, что магия — это не волшебство в собственном понимании, а совсем иное, более сложное понятие. Он ощущал, как энергия потоками текла сквозь его сердце, переливаясь из рук в руки, и направлялась туда, куда предназначалась.
Радей часто обращался к духам и богам, и они отвечали ему, помогали находить нужные знания и решения.
Идти для Яромилы было непривычно. В бою отряд поляниц сражался только верхо́м. Яромила считалась одной из лучших наездниц отряда. Также она отличалась в стрельбе из лука. Не зря девушка являлась «правой рукой» Ростиславы.
А сейчас? Бредёт по дороге, да ещё без оружия. Правда, идущий рядом богатырь стоил нескольких воинов.
Говорить с Вениславом было не о чем, поэтому путники шли молча. Наконец, богатырь не выдержал:
— Слушай, а как ты оказалась в отряде поляниц?
Девушка невольно сжала руки в кулак:
— А я-то думала, почему ты молчишь? А ты, оказывается, придумывал самый глупый вопрос, который можно задать.
Воин наморщил лоб: большой шрам на его лице стал ещё более заметен.
— Может, я и выгляжу как огромный медведь, но внутри очень ранимый, — услышала Яромила голос Венислава.
Она остановилась и круто развернулась к нему, надеясь увидеть… Что? Да что угодно, только не это! Ироничный взгляд и смешинки в его глазах. Да он просто издевается над ней!
— Я бы никогда не пустилась с тобой в путь, если б не приказ князя, — сквозь зубы проговорила девушка, — и у меня совсем нет желания с тобой разговаривать! Хочешь сказать, ты не знал, что я дочь поляницы и богатыря? Их убили в сражении.
— Да что ты так всполошилась? — улыбка сразу слетела с лица Венислава, — я же просто так, поддержать разговор. Но если хочешь идти молча — так и скажи.
— Так и говорю, — отрезала воительница.
Далее они шли в полном молчании. Только богатырь насвистывал какую-то весёлую мелодию.
Девушка же всё раздумывала: «И зачем Ростиславе потребовался верховный волхв? Может, погадать нужно было? Или заболела чем? Да нет, она и сама могла лечить себя отварами: всё — таки не юная поляница — как-никак три ступени посвящения прошла».
А вот и починок — эдакая малонаселённая деревенька.
— Давай зайдём, — предложил Венислав.
— Это ещё зачем? — удивилась Яромила, — жилище Радея уже скоро.
— Ну, во-первых, мы с тобой взяли только хлеб, несколько пирожков, — начал уговаривать воительницу богатырь.
— А во-вторых? — ехидно заметила девушка.
— У меня закончился в сулее квас, — ответил бравый воин, — это ты идёшь налегке, а я во всеоружии. Да ещё солнце припекает.
— Я и не заметила, как ты выдул весь квас, — усмехнулась Яромила.
Но предложение Венислава было справедливым. Нужно набрать в сулею воду в дорогу.
Пришлось свернуть к маленькой деревушке.
Путников заметили почти сразу. Одни выбежали посмотреть, кто там идёт, другие попрятались по домам — чего ждать от незваных гостей?
Самым первым навстречу странникам вышел полноватый мужчина средних лет. Его широкое круглое лицо украшали вздёрнутый нос и толстые губы.
Он внимательно присмотрелся к приближающимся путешественникам, хитро прищурив глаза.
— О, так это сам Венислав пожаловал! — мужчина раскрыл объятия, приветствуя знакомого.
— Путята! — улыбнулся богатырь, узнав давнего товарища, — я совсем и забыл, что ты тут поживаешь.
— Конечно, к старому другу и не заглядываешь. Немудрено позабыть. Небось, и сейчас куда-то по приказу князя собрался, а не ко мне в гости.
Венислав посмотрел на поляницу: что ответить? Она взглядом дала понять: молчи про истинную цель путешествия.
— Да это не мне, — замялся богатырь, — вон, Яромиле.
Путята внимательно посмотрел на девушку.
— А я, вроде, для охраны, так сказать, — закончил свою речь воин.
— Ой, что-то темнишь ты, дружище, — догадался Путята, — ну, не хочешь — не говори. Дело твоё. В любом случае рад, что заглянул. Пойдём в дом — отведаешь, что моя хозяйка наготовила.
Починок вернулся к своей обычной жизни: интерес любопытствующих был удовлетворён.
— Добродея, встречай гостей, — обратился Путята к своей жене при входе в избу.
Хрупкая женщина бросила удивлённый взгляд на вошедших.
— Венислав, — улыбнулась Добродея, — какими судьбами?
— Мимо проходил. Вот, решил заглянуть.
— И правильно, — одобрила жена Путяты и спешно стала собирать на стол.
Четверо ребятишек от трёх до восьми лет сновали по избе.
— Не путайтесь под ногами, — сердито проговорила Добродея, — помогли бы лучше.
Вскоре стол накрыли. Тут был пирог с мясом и лапшой, чёрная уха с гвоздикой, белая солёная капуста, свёкла с постным маслом и уксусом, овсяный кисель, жареные грибы, дольки чеснока и лука, редька, хрен, сбитень, квас.
— Значит, говоришь, девице твоей к волхву надобно? — начал за трапезой разговор Путята.
— Яромила — прислужница в княжеском дворе, — выдумывал прямо на ходу Венислав, — чем-то навлекла на себя гнев Святослава. Вот, идёт к Радею, чтобы тот отвёл эту напасть или посоветовал что.
— Да? А ты-то как к ней в охранники затесался? — ехидно заметил Путята.
— Знаю её давно. Жаль стало — вот и решил помочь. Одним днём обернёмся — князь и не заметит.
— Ну, не знаю, — потянул хозяин дома, — с другой стороны, вам решать. Что могу сказать? Всем известно, что от княжеского гнева нужно носить под левой мышкой правое око орла, завязав в ширинку.
— Да, — согласился богатырь, — но Иван Купала уже прошёл, а орла нужно поймать именно в этот день. Потом идти на распутье и заколоть острым посохом. В общем, без волхва не обойтись.
— Интересно, чем ты князя нашего так прогневала, что к верховному волхву решила направиться? — обратился Путята к Яромиле.
Поляница насупилась: «Как же ответить, чтоб правдоподобно звучало? Особенно после того, что наплёл этот балабол?»
Но так ничего и не придумала.
— Путята, отстань от девушки, — подала голос Добродея, — видишь, не хочет отвечать. Да тебя это и не касается.
— Что ты? Я так — разговор поддержать, — оправдывался Путята.
После трапезы путники поблагодарили хозяев, пополнили запасы еды, в сулею набрали воду.
Напоследок Яромила решила хоть что-то выведать про Ростиславу:
— И часто к вам путники заглядывают?
— По-всякому бывает, — отвечал Путята, — одни заходят подкрепиться — мы гостеприимны, никого не гоним. Другие мимо проходят. Но последнюю пару дней никого не было.
— Может, ты просто не заметил? — удивился богатырь.
— Да как тут не заметишь? Каждый путник, как на ладони. Одна дорога — мимо нас не пройдёшь.
Яромила для себя всё выяснила: «Значит, Ростиславы здесь не было. Или она сделала огромный крюк. Но зачем?»
— Мы всё-таки идём к Радею? — уточнил Венислав, когда они вновь остались одни.
— Да, — односложно ответила поляница.
Богатырь посмотрел на девушку и не решился больше ничего спрашивать. «Даже не поговоришь с ней по душам», — насупился воин. Но такое его состояние длилось недолго.
В отличие от Яромилы, чувство юмора не покидало Венислава, а потому вскоре он начал балагурить, отпуская разные шуточки.
— Ну что, Милка, замуж за меня пойдёшь? Хоть женским ремеслом займёшься. Не всё ж тебе по полям скакать да из лука стрелять.
Наглость Венислава вконец вывела из себя поляницу.
— Думаешь, я совсем безрукая и кроме, как стрелять из лука ничего не умею?! — в ярости крикнула девушка.
— Что ты разбуянилась так? — казалось, доброго молодца нисколько не беспокоило высказывание строптивой спутницы, — я же в шутку.
— Шутки у тебя несмешные, — надулась Яромила, — и однобокие. Было лучше, когда ты молчал.
— Звучит обидно, — ответил Венислав.
Но на самом деле расстроенным он не выглядел. В глазах по-прежнему присутствовала едва заметная хитринка.
Минут пять они шли молча.
— Ты всегда такая неразговорчивая? — наконец, не выдержал богатырь.
— Всегда, — односложно ответила поляница.
«Нет, я этого хохмача долго не выдержу, — замучено, скрипя зубами, подумала воительница, — хорошо, что жилище волхва уже рядом».
Так, не проронив ни слова, они прошли ещё некоторое время.
— А что ты надумала сказать Радею? — поинтересовался воин, — даже Путята не очень — то поверил моей сказке про княжеский гнев. Верховный волхв сразу обнаружит обман.
«А ведь он прав», — подумала Яромила. Однако ответила только:
— Что-нибудь придумаю.
Вскоре показалась дубовая роща. Священный дуб был отделён от остальных деревьев оградой, за которую нельзя было входить никому, кроме волхва или его спутников.
Дом Радея располагался неподалёку. Жилище Радея отличалось от других домов своими размерами. Конечно, с княжескими хоромами не сравниться, однако просторность помещения поражала.
— Ну что, зайдём? — осторожно спросил богатырь.
Яромила не успела ничего ответить, потому что ворота культового места открылись, и из-за ограды появился сам верховный волхв — с длинными волосами, заплетёнными в косу, и бородой. На нём была белая одежда до пят.
— С чем пожаловали? — вопрос Радея всё — таки застал поляницу врасплох: она так и не придумала, что можно ответить.
К тому же, волхв знал её. И, видимо, не только её.
— Венислав, что привело тебя ко мне? — Радей посмотрел сначала на воина, а потом перевёл взгляд на девушку, — Яромила, и ты здесь?
— У нас дело к тебе, — ответил богатырь так спокойно, как будто собирался выложить всю правду.
А как обмануть верховного волхва? Это невозможно. Путники это понимали.
— Ну заходите, — пригласил Радей воина и поляницу в свой дом.
У верховного волхва имелись помощники по хозяйству, которые обитали в небольших избушках рядом с жилищем Радея. По указанию волхва они начали собирать на стол.
Радей знал, что к нему пришли не простые люди, а из дружины князя. Яромилу он видел в личной охране Святослава. Ну не про княжеский же гнев ему врать?
За накрытым столом и разговор лучше ведётся. Мясо, каши, хлеб, овощи с фруктами, орехи, лепёшки с мёдом и сушёными фруктами — настоящее пиршество.
Радей приготовился слушать, зачем к нему пожаловали гости, как Венислав вдруг ляпнул:
— Да вот свадьба у нас скоро, а травы-прикрыш против свадебных наговоров нет. Яромила сказала, что у тебя наверняка она есть. А то что нам под порог класть?
Говоря это, богатырь взял за руку свою «ненаглядную». Поляница аж поперхнулась морковкой от такой наглости, но отрицать слова богатыря сейчас не посмела: всё равно других вариантов не было. Только быстро высвободила руку из огромной лапы воина. Всё это не могло не ускользнуть от внимательного взора волхва.
— Поздравляю, — хитро прищурился Радей, — конечно, найдётся у меня нужная травка. Подождите маленько.
Как только верховный волхв пошёл за прикрыш-травой, поляница так посмотрела на богатыря, что тот готов был под стол полезть, если б уместился.
— А вот и то, за чем пожаловали, — произнёс Радей, отдавая траву Яромиле.
И это всё. Больше повода оставаться у волхва не было, но и напрямую спрашивать нельзя. Кто знает, какие дела творятся?
Поляница в последний раз окинула взглядом жилище Радея. Засапожный нож лежал на лавке прямо у всех на виду. Этот нож Яромила узнала бы из тысячи подобных. Он был сделан по указанию Ростиславы. На его рукояти небольшой рисунок — это была гравировка в виде змеи, обвивающей птицу. Такое сочетание символов было необычным, ведь змея и птица обычно рассматривались как противоположности. Но в этом рисунке они объединились, создавая интересное визуальное представление.
— Ростислава здесь? — поляница открыто спросила у волхва.
— Я и не заметил этого ножа, — не отводя взгляд, ответил Радей, — а вашей подруги давно уже не было.
— Может, я ей тогда передам?
— Сделай милость.
Яромила понимала, что волхв ей врёт, но зачем?
Забрав нож Ростиславы, путники отправились дальше.
— Уж больно ты уверенно идёшь, — шёпотом проговорил Венислав, как только дом Радея исчез из виду, — надумала что?
— У меня только один вариант, где может находиться Ростислава, — ответила девушка, думая о своём, — если её там нет — я в тупике.
— Поделишься своими мыслями, невестушка? — богатырь вернулся в прежнее весёлое расположение духа.
Поляница сначала даже не сообразила, что тот имеет в виду. Но когда до неё дошёл смысл сказанного, то она прошипела:
— Ещё раз применишь в мой адрес такие слова…
Яромила осеклась: что она сделает богатырю одним своим ножичком?
Венислав лишь улыбался:
— Ну ладно — мир. Так куда идём — то?
— К сыну Ростиславы.
Богатырь встал, как вкопанный. Теперь уже до него плохо доходил смысл сказанных слов.
— Чего уставился? Да, у неё есть сын десяти лет. Его взяла к себе семья кузнеца.
— А отец где?
— На войне погиб.
— Да уж, невесёлая история, — оттаял Венислав, — а меч при чём?
— Меч тут ни при чём, — согласилась девушка, — но другого варианта я пока не вижу.
— Хорошо, веди, — послушно произнёс богатырь.
Шли молча: каждый думал о своём. Наконец, Венислав произнёс:
— Темнеет уже. Может, на ночлег остановимся?
— Нет, — отрезала Яромила, — скоро уже будем на месте.
